Пластическая анатомия становится самостоятельным учебным предметом

Лишь в течение ста лет после появления книги Тортебата анатомия оставалась в личном пользовании учителя-художника. Как только в XVII веке теория и практика противопоставляются друг другу, анатомия становится, наконец, самостоятельным учебным предметом в Академиях, разорвав связь с медициной (насколько возможно это было сделать), обозначила свое поле деятельности, систематизировала материал и засвидетельствовала свою самостоятельность в предметных документах - первых специализированных учебниках и пособиях по рисованию.

То, что анатомия вышла из единого комплекса предметов, необходимых для обучения художников, доказывается, с одной стороны, все возрастающей самостоятельностью преподавания анатомии, с другой стороны - все увеличивающимся значением ее как вспомогательной дисциплины. В этом всегда и скрывалась ее сила. Во времена Ренессанса, когда искусство и ремесло только начали отдаляться друг от друга, мастер в своем лице объединял все элементарные дисциплины; пропасть между художественной практикой и теорией не могла стать глубже, чем это допускал универсальный метод обучения.

Художественное образование во времена Барокко уже превратилось в Академиях в более или менее систематизированное изучение, приобретая тем самым научный характер. Идеал подлинности начал кругами бродить по рисовальным залам.

Однако с конца XVIII века анатомическое пособие для художников не дает уже высокого представления для искусства. Симптоматичным для этого процесса являются труды Пьера Томаса ле Клерка «Принципы обнаженной натуры» (1786 г.), в научном и художественном смысле такие же гладкие, как ливень над поверхностью воды, и дидактически направленные отнюдь не в сторону обучения, поскольку в их картинках-сценах-играх времен Фрагонара и Буше, являющих собой воздушные и грациозные композиции, невозможно, при всем их шарме, скрыть обнаженную женственность (рис. 20).


/ Франсуа Буше (1703-1770гг.). Венера с голубями, музей Альбертины, Вена. Сглаживание формы тела нашло лишь формальное отражение в анатомии. /


Дидактические проблемы все больше охватывали анатомию как предмет изучения, и все больше выходили за пределы деятельности художников. Они «очищали» поле, передавая его опытным медикам, таким как образованному Петру Камперу (1722-1789 гг.) в Гронинген и надворному советнику в Дрездене доктору Сейлеру.

Как только в 1763 г. перед лицом своих саксонских сограждан Христиан Хагедорн выдвинул предложение о создании одной из фундаментальных Академий, он убрал анатомию из перечня предметов, дающих первоначальные художественные представления о фигуре человека, выдвинув ее в качестве самостоятельной дисциплины, то есть предоставив, по своему мнению, учение о костях и мышцах работам искусного хирурга. При этом Сейлер, казалось бы, предназначенный для этой роли, все же смог написать "Учение о природе человека», которое соответствовало художественым требованиям.

Королевская Академия питала надежды объединить теорию и практику, чтобы ученики рисовали со свежепрепарированных трупов. Исследовать, изучать, чтобы тут же применять знания на практике - а не только представлять теорию - это было большим шагом вперед.

Несмотря на все эти усилия, основной вопрос - как естественнонаучный, детерминированный материал может создать мост между объектом (темой, предметом) и художественной областью - оставался открытым. Забегая несколько вперед, скажем: и до сегодняшнего дня анатомические пособия имеют этот недостаток. Авторы сами позже чувствовали это очень живо, но ничего сделать не могли. Этот пробел и пытается устранить автор данного пособия.

Остается поучительным факт, в какой необъятный горизонт духовного творчества была введена анатомия: «Искусство изображения относится прежде всего к любому изображению предмета, в качестве артистической, художественной части исполнения, и лишь после этого происходит научное знакомство с изображаемыми предметами. Чем многостороннее станет научное образование художника, тем больше будет область охвата его искусства; отсюда вытекает вывод, что нельзя точно определить границы подобного художественного образования художника, можно обозначить их лишь в общих чертах, включив в них такое обучение, неразрывно связанное с искусством и являющееся для художника такой же потребностью, как например, познание анатомии и понятие перспективы... Такие вспомогательные науки, как анатомия и перспектива, могут быть связаны с прочими предметами преподавания в Академии, так как их постоянное применение облегчает художнику обучение». (Проф. Маттхей. 1816 г., графство Витцзум). Публичные лекции и вспомогательные дисциплины - такой вывод сделал профессор Дрезденской Академии - редко достигают цели, и менее всего те, материалами которых художник не пользуется постоянно.

«Если читать подобные лекции, то они не смогут принести пользы большей части учащимся, так как последние не имеют возможности сию минуту убедиться в необходимости обучения через их применение и в необходимости закрепления выученного в практических упражнениях». (Обнаженная натура 12 из академических обнаженных натур, гос. архив, Дрезден).

Сайт как научиться рисовать